Через десять лет после «арабской весны» тунисцы добились значительного прогресса в области демократизации в отношении конституции и гарантий общественных и частных свобод. Однако экономические показатели остаются скромными, и многие требования Тунисской революции все еще не выполнены.

Тунис отметил 10-ю годовщину революции бурными молодежными протестами наряду с мирными демонстрациями в крупных городах, таких как Тунис, Сусс и Набель, а также в городах Силиана, Кассерин и Кайруан. Протестующие требовали трудоустройства и комплексного развития. Они выразили недовольство высокими ценами, монополиями и падением покупательной способности граждан. Был также испуган рост числа жертв COVID-19 и неправильное обращение с пандемией.

Реальность такова, что спрос на трудоустройство стагнирует, прекращение изоляции маргинализированных районов по-прежнему остается далекой мечтой, а достижение справедливости переходного периода зашло в тупик. Хотя население Туниса страдает, многие представители бывшего режима, выступавшие против революционной борьбы, по-прежнему находятся в авангарде средств массовой информации, цепляясь за безнаказанность.

Проблема молодежной безработицы

Тунису пока не удалось разработать эффективные решения проблемы безработицы, которая впервые вызвала протесты в декабре 2010 года. По данным Национального института статистики, уровень безработицы в стране в третьем квартале 2020 года составлял 16,2% от общей численности активного населения — переводится примерно на 6 766 000 человек. В эту цифру входит не менее 225 000 выпускников университетов, причем в нескольких внутренних провинциях этот показатель возрастает до 30–40%.

Молодежь Туниса наиболее уязвима с точки зрения безработицы. Последнее полевое обследование занятости, проведенное Национальным институтом статистики, показало, что около 70% всех безработных моложе 30 лет. Безработица фактически маргинализирует молодежь в Тунисе и является одной из основных причин революции 2010 года и нынешних протестов. Продолжающееся отсутствие возможностей трудоустройства для молодежи, распространение фаворитизма среди правительственной и деловой элиты, безудержная административная и финансовая коррупция и кумовство привели к восприятию несправедливости, которое разжигало недовольство среди многих из тех, кто долгое время был безработным.

В то время как некоторые, затронутые кризисом безработицы, посещают сидячие забастовки или демонстрации, другие рискуют умереть в открытом море в поисках работы, гарантирующей достоинство. В 2020 году почти 10 000 тунисцев прибыли в Европу нелегально. По словам Ромдхана Бен Амора, пресс-секретаря Тунисского форума по экономическим и социальным правам, за последний год от 150 до 200 семей тайно покинули Тунис в Европу, уклонившись от береговой охраны Туниса.

В отчете форума было обнаружено, что «большинство нелегальных иммигрантов в возрасте от 18 до 30 лет имеют одну основную характеристику, поскольку они пережили «школьный провал» из-за раннего отсева. Они связывают такой отсев с несколькими причинами, начиная от экономических трудностей и нежелания продолжать учебу, поскольку школа, по их мнению, больше не приносит пользы в свете высокого уровня безработицы среди высокопоставленных людей». Кроме того, многие, кто теряет надежду, либо встают на путь организованной преступности, либо вступают в международные террористические сети.

Существует острая необходимость в разработке инклюзивных стратегий, направленных на расширение прав и возможностей молодежи на рынке труда. Это возможно за счет разработки образовательных программ, профессиональных услуг и курсов повышения квалификации для повышения роли государства в социальных инвестициях путем создания новых производственных проектов, ориентированных на внутренний или внешний потребительский рынок, которые позволят создать рабочие места для молодежи.

Маргинальные регионы остаются изолированными

Спустя десятилетие после революции внутренние и удаленные провинции еще не получили своей доли всестороннего развития. Напротив, они все еще страдают от маргинализации, от опустошительных последствий высокого уровня неграмотности, бедности, безработицы и отсева из школ. Им не хватает базовых объектов, таких как инфраструктура, медицинские услуги и учебные заведения, хотя новая конституция предусматривает необходимость проведения политики позитивной дискриминации в отношении этих неблагополучных районов. Неизвестно, куда делись финансовые ассигнования и помощь натурой, которые сменявшие друг друга правительства, Европейский Союз и государства Персидского залива выделили этим провинциям.

Стоит отметить, что, по данным Европейской комиссии, «с 2011 года помощь ЕС Тунису составила почти 3 миллиарда евро (более 2 миллиардов евро в виде грантов и 800 миллионов евро в виде макрофинансовой помощи)». В среднем 300 миллионов евро (360 миллионов долларов США) в год в период с 2017 по 2020 годы эти средства идут на «Содействие добросовестному управлению и верховенству закона», «стимулирование устойчивого экономического роста, создающего рабочие места» и «укрепление социальной сплоченности между поколениями и регионами». Вероятно, что эти маргинализированные районы страдают на местном уровне от финансовой коррупции и административных проступков и в них преобладает бюрократическое лобби. Такие неблагополучные районы часто используются в политическом плане партийными и профсоюзными элементами, чтобы служить источником народного протеста против политики правительства.

Точно так же правящие партии обращают внимание на эти маргинальные регионы только во время избирательных кампаний. Это заставило жителей пострадать от неравенства и несправедливости. Это оставляет им трудный выбор: продолжать оставаться в заброшенных регионах, несмотря на ужасные условия, или оставить свои земли в крупных городах, или сесть на суда для миграции в Европу. Существует определенная необходимость улучшить условия жизни жителей этих регионов, предоставить им ресурсы для достойной жизни, стимулировать увеличение инвестиций в эти регионы и возродить дух гражданственности, который поможет восстановить доверие к государству.

Нет правды или достоинства

С другой стороны, требование справедливости для жертв тирании, к которому революционеры призывали еще в 2010 году, еще не было выполнено в атмосфере, в которой процесс правосудия переходного периода все еще спотыкается. Это включает в себя множество препятствий, с которыми столкнулась Комиссия по установлению истины и достоинству, наделенная полномочиями расследовать нарушения прав человека со стороны государства, — одним из них является отсутствие сотрудничества со стороны государственных органов и исполнительных органов. Наблюдатели заметили, что виновные в нарушениях не явились на слушания и не ответили на иски судебных органов.

Эта неудача усиливает культуру безнаказанности и усугубляет страдания жертв диктаторских режимов президента Хабиба Бургибы (1956–1987 гг.) И его преемника Зина эль-Абидина Бен Али (1987–2011 гг.). Государство должно использовать свои полномочия, чтобы привлечь виновных к ответственности, принести извинения жертвам и разрешить возмещение за их материальные и моральные страдания, чтобы они могли возобновить свою жизнь в рамках Второй республики.

Это правда, что революция в некоторой степени устранила страх перед правительством и привела к снижению репрессий и власти президента, цензоров и полиции. Критики также были освобождены, культура протеста распространилась, политика стала публичным делом, а управление — обычным делом, в котором конкурирующие партии поддерживали атмосферу мира и демократии, при этом ни одна из партий не имела монополии.

Однако очевидно, что некоторые цели революции не были реализованы. Требуется сделать эти цели не просто обещаниями и лозунгами, а реальностью. Настало время Туниса продолжить реформу судебной и государственной систем, обеспечить децентрализацию и всестороннее развитие, чтобы завоевать доверие граждан к государству, революции и проекту демократизации.