Ранее в этом году Косово избрало Альбина Курти премьер-министром. Прогрессивный, проамериканский, сторонник справедливости и борьбы с коррупцией, Курти был именно тем политиком, которого американцы обычно хотели бы видеть у власти в регионе. И все же США организовали то, что Курти назвал «парламентским государственным переворотом», чтобы заменить его Авдуллой Хоти, который, как только он был назначен, отменил меры, принятые Курти для развития взаимных суверенных отношений между Сербией и Косово.

Возникнув в результате протестов в Косово против неспособности ЕС и ООН бороться с массовой коррупцией и просербской предвзятостью, подрывающей мирные переговоры между Белградом и Приштиной, Курти категорически отказался от американских просьб о том, чтобы Косово отменило импортные пошлины, на которые оно наложило Товар Сербии за отказ признать Косово независимым государством. Но если Курти хотел заслужить такое же уважение к Косово, какое Сербия получала от Запада, и в частности, от администрации Трампа, его упорство вскоре дорого обошлось.

Республиканцы в Конгрессе с благословения Трампа пригрозили Косово потерей 49 миллионов долларов поддержки США вместе с американскими миротворцами, все еще находящимися в стране. Итак, после менее чем двух месяцев пребывания у власти, Курти был объявлен антиамериканским и быстро свергнут вотумом недоверия. Неудивительно, что Хоти, как новый премьер-министр Косово, сразу же пошел на уступки Сербии под предлогом содействия мирным переговорам.

Специальная перерисовка границы

Несколько недель назад специальный саммит в Белом доме между Сербией и Косово, нацеленный на продвижение идеи обмена земельными участками в регионе, был внезапно отменен после того, как специальный прокурор в Гааге неожиданно перехватил план США, предъявив обвинение 24 июня. Президент Косово Хашим Тачи за военные преступления в специальных палатах Косово и специальной прокуратуре еще до утверждения обвинений судьей предварительного производства. Это обвинение может оказаться или не оказаться законным в соответствии с надлежащей правовой процедурой, но оно принесло немедленный результат, устранив одно оставшееся препятствие на пути поспешного мирного договора, от которого Косово вряд ли выиграет.

Роль Тачи как президента в значительной степени церемониальна, но его раннее руководство освобождением Косово от Сербии и его положение в качестве одного из самых выдающихся политиков страны за последние 20 лет сделали бы его серьезным переговорщиком по мирному урегулированию.

Таким образом, своевременность предъявления обвинения была полностью в пользу Сербии и, соответственно, России. Мирные переговоры будут продолжаться, и косовская делегация ограничится Хоти, немного игроком, который, скорее всего, согласится на все, что будет предложено. Сербию, с другой стороны, возглавляет набирающий силу авторитарный режим Александр Вучич, партия которого только что получила парламентское большинство на выборах, честность которых была широко поставлена ​​под сомнение оппозицией страны.

Министру информации Сербии в конце 1990-х Вучичу приписывают запрет на иностранные СМИ и любую критику правительства. Столь же священными являются его отношения с Россией. Вучич недавно принимал президента России Владимира Путина в Белграде, подарив ему, возможно, символически, еще одного щенка. В обмен на такую ​​явно продемонстрированную лояльность Путин хорошо относится к Сербии, поставляя зенитное оружие, но также активно вооружая полицию боснийских сербов и обучая военизированные формирования, чтобы усилить голоса сепаратистов в регионе.

Путин аналогичным образом превратил Милорада Додика, нынешнего представителя сербов в трехстороннем президентстве Боснии и Герцеговины (Боснии), в политическую марионетку. Ободренный почтением Трампа к Путину, Додик подорвал все попытки Боснии присоединиться к альянсу НАТО. Он даже пообещал боснийским сербам, что он разделит Боснию и присоединит почти половину ее земель к Сербии, которую Сербия — вместе с боснийскими сербами — уже этнически очистила от боснийцев (боснийских мусульман) во время геноцида 1990-х годов. Продолжающаяся дестабилизация Додиком его собственной страны отражает степень доминирования Путина в регионе. Чтобы укрепить власть Додика, в апреле этого года Путин ошеломил правительство Боснии и Герцеговины, отправив в страну без приглашения российские воинские части.

Если это еще не было достаточно ясным, так оно и есть сейчас: Путин успешно задействовал Дональда Трампа в качестве пешки в долгосрочной геополитической игре России в Европе. А с неограниченной Россией, которая может делать такие шаги, какие выбирает Путин, вскоре мы можем стать свидетелями еще одного раунда серьезного кровопролития на Балканах. Угроза не осталась незамеченной.

Европейские проблемы

Европа увидела в обвинении Тачи возможность вмешаться в мирные переговоры между Косово и Сербией. Всего через день президент Европейского совета встретился с премьер-министром Косово; «Первый физический визит после коронавируса» президента Европейской комиссии также был с Хоти. Теперь, вызванный ЕС и, возможно подавленный, оказанным на него давлением западными соседями, Хоти согласился участвовать в новых мирных переговорах под руководством Европы с Вучичем, которые заменят отмененный саммит Белого дома.

ЕС был справедливо обеспокоен направлением мирных переговоров во главе с посланником Трампа Ричардом Гренеллом и последующим насилием, которое могло бы последовать, если бы мирное соглашение узаконило идею обмена землями, как сказал бывший советник Трампа по национальной безопасности Джон Болтон.

Но Европе гораздо менее безразлично, какое кровопролитие может вызвать такой обмен землями на Балканах. В конце концов, в ЕС теперь входит Хорватия, страна граничащая с Сербией, которая в случае вовлечения в конфликт, подорвет долгосрочную жизнеспособность и без того ослабленной транснациональной организации. Короче говоря, мирный договор, одобряющий обмен землями, откроет ящик Пандоры для напряженности, возродившей старые претензии сербов на территории в Хорватии, Боснии и Герцеговине и за ее пределами. Подобное насилие на Балканах обеспечит конечную цель Путина — дестабилизировать Европу. И снова у России появится точка входа в Восточную Европу через свой черный ход — Балканы.

В условиях злого пренебрежения президентством Трампа Владимир Путин создал для себя уникальную возможность спровоцировать насилие на Балканах, воспользовавшись вероятным отделением сербов от горстки наций, родившихся в результате падения Югославии. Сербы в Черногории, сербы в Боснии и Герцеговине, сербы в Хорватии и сербы в Косово давно надеялись объединиться в Великую Сербию, этнически очищенную и воображаемую нацию, лишенную религиозного разнообразия. Именно это стремление сербов к этнической чистоте привело к нескольким войнам и незабываемому геноциду против боснийских мусульман в 1990-х годах.

Колокола ненависти

Сегодня колокола ненависти звенят еще шире, опираясь на превосходство белых на Западе. Сербия, руководимая авторитарным режимом, с помощью России и полусумного Трампа вполне способна инициировать кровопролитие так же беспощадно и опасно, как это было в 1990-е годы, а может быть, даже более того.

Если оставить в стороне расовые и религиозные симпатии Трампа к сербскому национализму, американские национальные интересы никоим образом не совпадают с программой Сербии по изменению границ на Балканах. Но из-за того, что Путин настаивает на этом, Трамп спешит помочь, чем может. И почему бы ему не быть, как раз накануне ноябрьских выборов, в которых его российский друг, возможно, снова сможет сыграть решающую роль?

Так что, пока Европа и США продолжают спотыкаться друг о друге, для Путина это прекрасная возможность узаконить идею перекройки границ. В конце концов, Сербия и Косово — это одно, но утверждение концепции для ее реализации в другом месте? Это действительно было бы нечто, возвращающее геополитику в режим, в котором военное завоевание и этнические чистки, а не стремление к демократии, правам человека и социальной справедливости, формируют судьбы наций.

Путин — долгосрочный стратег, который, пока никто не видел, активно сеял семена распада ЕС на Балканах. И не заблуждайтесь: ни отмененная встреча в Белом доме, ни очередной саммит, организованный европейцами этим летом, не остановят его. После фиаско саммита Ричарда Гренелла в Белом доме и явной паники лидеров ЕС по поводу того, что будет дальше, единственное, что серьезно стоит на пути Путина, — это крошечная, защищенная НАТО страна Черногория. В прошлом году агенты российской военной разведки были осуждены за участие в государственном перевороте 2016 года, направленном на пресечение попытки Черногории вступить в НАТО. Хотя попытка провалилась, Путин на этом не остановился.

В 2018 году, всего через три дня после печально известной неофициальной встречи Трампа и Путина в Хельсинки, которая потрясла мир, президент Трамп в очередной раз ошеломил всех нас, заявив, что настойчивое стремление НАТО защищать этого недавно принятого члена, Черногорию, приведет к война глобального масштаба. В то время мало кто был склонен воспринимать это всерьез, но наблюдая за поспешным интересом Трампа к умиротворению России мирным договором между Косово и Сербией, безразличием Америки к усилению контроля Путина над Боснией и Герцеговиной и недавно объявленным дорогостоящим выводом американских войск из Германии в разгар национального кризиса Америки проливает свет не только на меняющиеся союзы Вашингтона, но и на новые опасности на горизонте.

В то время как президент США настаивает на том, чтобы нанести серьезный ущерб Балканам, Европа может только смотреть в страхе, слишком слаба, чтобы остановить то, что может произойти дальше. Принимая во внимание тот факт, что именно убийство Франца Фердинанда секретной сербской военной организацией спровоцировало Первую мировую войну, нам следует прямо сейчас не смотреть в другую сторону.