Поскольку коронавирус продолжает распространяться по всему земному шару, Китай использует хаос и озабоченность правительств борьбой с пандемией. Пекин долгое время был оппортунистическим, поэтому он использует то, что он считает уникальным стечением обстоятельств, для укрепления своей стратегической, геополитической и военной позиции. Это делается несколькими способами — с использованием мягкой и жесткой силы — путем доставки средств индивидуальной защиты (СИЗ) по всему миру, увеличения иностранной помощи, пересмотра инициативы «Пояс и дорога» и усиления ее милитаризации в Южно-Китайском море.

В течение многих лет китайское правительство утверждало, что его «Линия из девяти штрихов»( в разное время также называемая линия из десяти штрихов и линия из одиннадцати штрихов — относится к неопределенной и неопределенно расположенной демаркационной линии, используемой Китаем и Тайванем, для своих претензий на основную часть юга в Китайское море.) суверенитета над всем морем основана на многовековой морской истории и что притязания Китая беспристрастны. МИД Китая даже утверждал, что многочисленные исторические документы и литература демонстрируют, что Китай был «первой страной, которая обнаружила, назвала, разработала и осуществляет непрерывную и эффективную юрисдикцию над островами Южно-Китайского моря».

Правда, несколько иная. Как отмечает в своей книге «Южно-Китайское море» ветеранский журналист Билл Хейтон, первым китайским чиновником, который ступил на один из островов Спратли, был офицер военно-морского флота в 1946 году, через год после поражения Японии во Второй мировой войне и ее собственная потеря контроля над морем. Он сделал это с американского корабля, на котором работали китайские моряки, проходившие подготовку в Майами.

Линия из девяти штрихов

Что касается истории линии из девяти штрихов, то она началась десятилетием ранее благодаря правительственной комиссии по присвоению имен. Китай даже не первым назвал острова; комиссия по присвоению имен заимствовала и перевела оптовую торговлю с британских чартов и пилотов. Неясно, как китайское правительство превратило все это в товарный счет, который оно продало китайскому народу, но к настоящему моменту оно является источником национальной гордости, каким бы неуместным оно ни было.

Все же китайское правительство и его люди загнали себя в угол. В 2016 году международный трибунал в Гааге постановил, что нет никаких правовых оснований для претензий Китая на острова. Между тем, Пекин не смог представить доказательства своей декларации в поддержку своей версии фактов. Несмотря на это, китайцы так долго пили девятиблочную линию Kool-Aid, что национальная гордость не позволит им признать, что то, что правительство делает в Южно-Китайском море, является незаконным в соответствии с международным морским правом — Конвенция ООН о Законе морей. По иронии судьбы Китай подписался на конвенцию в тот самый день в 1982 году, когда она впервые стала юридическим документом.

Китайское правительство не олицетворяет верховенство закона в этом случае — или в других, связанных с морскими границами — и хочет иметь возможность выбирать, какие положения международных договоров оно будет соблюдать. Это поведение, неподходящее для растущей мировой державы, и заставит государства, подписавшие договоры с Китаем, задуматься, стоит ли его подпись бумаги, на которой он напечатан. Это не может быть в интересах Китая.

Китайское правительство рассматривает недавние военно-морские учения Америки в Южно-Китайском море как незаконные и просто способствующие обострению напряженности в отношениях между двумя странами. В течение многих лет Вашингтон утверждал, что у Китая нет правовых оснований для продолжения утверждения своих морских притязаний на острова, отмели или рифы Южно-Китайского моря. Народы Азии и остального мира согласны с позицией США. Вопрос в следующем: присоединятся ли страны мира к Америке, чтобы публично и последовательно противостоять продолжающимся незаконным действиям Пекина в регионе?

Это кажется маловероятным. Учитывая недавнюю склонность Пекина к волчьей дипломатии, быстро и резко реагируя на любую критику его действий, большинство азиатских стран, вероятно, будут молчать. Австралия, Япония и Южная Корея — возможные исключения из этого с военной точки зрения, но учитывая, что они довольствовались уступкой этой роли Америке, вряд ли что-то изменится в ближайшем будущем. Австралия уже испытывает шок от доброй волчьей дипломатии, которая негативно сказывается на ее двусторонней торговле с Китаем.

Пекин привык делать все, что хочет, без особых последствий. США, страны Азии и большая часть остального мира молчали, когда Пекин экспроприировал и милитаризировал острова Спратли и Парасель. Это была серьезная ошибка. Теперь большинство правительств не видят смысла возражать против того, что по сути является свершившимся фактом. Теперь, если не идти на войну, милитаризация Китая в Южно-Китайском море является реальностью, с которой миру просто придется смириться.